Два дипломника, словно услышав сирены воздушной тревоги, тут же примчались из соседней комнаты. Говоря «на линии», Ирвин не имел в виду «на линии огня», но атмосфера создалась такая.

сказал компьютер Ирвина.

Один из дипломников стал снимать со стеллажей пухлые папки с компьютерными распечатками.

— Спорить готов, что это IBM 360/50 из Миннеаполиса, тот, что купил на днях пакет акций «Боинга», — сказал дипломник.

— Это из области ненаучных домыслов, — сказал Ирвин. — Запроси большой компьютер.

— Большой компьютер? — сказал я.

— Наш компьютер не может хранить всю информацию, — сказал Ирвин. — Когда он сталкивается с проблемой, которую не в состоянии решить, он запрашивает IBM 7094, на котором у нас есть компьютерное время. У нас установлена прямая открытая телефонная линия с 7094-м. А в нем заложены все интересующие нас конфигурации и структурные модели.

— Вы хотите сказать, что компьютеры покупают и продают? — спросил я.

— По большей части покупают и продают люди, — сказал Ирвин, — как оно было и в старину. («Старина» для Ирвина это 1962-й и раньше, когда компьютеры делали только офисную работу.)

— Но, — продолжал Ирвин, — есть пара модерновых фондов, у которых компьютеры подключены к бирже напрямую, как и наш. Тут-то и начинается самая веселая игра. Наш компьютер сканирует модели, по которым работает другой компьютер, чтобы выяснить, какова его программа покупки и продажи. И как только мы выясняем эту модель, можно начинать развлекаться. Мы можем взвинтить цену акции, за которой он гоняется. Или еще лучше: мы можем определить, на каком уровне он нацелился покупать. Скажем, их компьютер начал для разминки прикупать «Дейташмяк» по тридцать восемь с половиной, но на крупную покупку он пойдет при сорока двух. Мы можем купить приличный пакет при сорока и сорока одном, чтобы подогнать планку цены под запланированную ими модель покупки на сорока двух, а когда они начнут покупать, «Дейташмяк» поднимется и до сорока шести. И тогда мы оказываемся при очень славной сделке.

— Как у чартистов, «Четвертая попытка и еще одна», — сказал я.

— Тот же принцип, — сказал Ирвин, — но игра закончится к тому времени, когда чартисты только соберутся наносить свои крестики на бумагу. У них ведь как? Пока чартист занесет свое гусиное перо, да пока даст чернилам высохнуть, да пока посмотрит на свой рисунок… И, кроме всего прочего, диаграмма его почти наверняка врет. Ненаучная у него диаграмма.

— А этот другой компьютер тоже смотрит на ваш? — спросил я.

— Может быть и так, — сказал Ирвин. — Оборонительную стратегию мы пока не разработали, потому что на прямой линии не так уж много компьютеров. Но скоро их будет много. К сожалению, не все еще верят в компьютеры. Даже наши собственные подписчики все еще мнутся. Им хочется следовать собственным выводам, руководствоваться интуицией и всякими замшелыми идеями из древнего докомпьютерного прошлого. И получается, что наш компьютер играет с людьми не на равных, потому что ему не дают развернуться в полную силу.

— Но ведь ваш компьютер и покупает, и продает, — сказал я.

— Увы, распоряжение о сделке до сих пор должен отдать живой человек, — сказал Ирвин, — потому что биржа пока не принимает команд от компьютеров, хотя компьютеры, конечно, в состоянии делать распоряжения о сделках сами. Но наш компьютер все-таки заправляет своим портфелем ценных бумаг.

— И как он это делает? — спросил я.

— Когда вначале мы подключили его к бирже, то спросили, что бы ему хотелось прикупить. Мы с нетерпением ждали ответа, чтобы увидеть, за чем он потянется. А он ответил: «Казначейские билеты. Наличность». Никак не удавалось заставить его купить хоть что-нибудь. Мы стали снова перепроверять программу, и, пока мы это делали, рынок пошел вниз. Мы опять спросили компьютер, и он опять ответил, что, кроме наличности, ничего не желает. А рынок упал еще больше. Мы просто умоляли его хоть что-нибудь купить. Мы говорили: «Ну, должна же быть хоть одна компания, которую стоит покупать». Видишь, даже компьютерщики могут быть жертвой старых атавистических инстинктов докомпьютерной эпохи. Наш компьютер скрестил руки на груди: не желаю, мол, ничего покупать. И вдруг, когда мы уже решили, что он никогда ничего в жизни не купит, на самой нижней точке рынка он вдруг вошел в игру и принялся покупать. Рынок пошел вверх, а наш компьютер продолжал закупку. И скоро он вложился полностью, а рынок так и продолжал двигаться вверх.

— И что же он делал дальше? — спросил я.

— Ну, так вот, рынок продолжал идти вверх, — сказал Ирвин, — и тут в один прекрасный день наш компьютер приходит и просит дать ему маржевой счет. Он хочет продолжать покупать! Что ж, мы дали ему маржевой счет. После того как рынок поднялся еще немного, он кое-что продал и покрыл маржу. Сейчас у него есть на что покупать.

— Ирвин, — сказал я, — я хочу знать правду. — При всех этих компьютерах в игре, у индивидуального инвестора остаются хоть какие-нибудь шансы?

— Всегда остается надежда на удачу, — сказал Ирвин. — Удача, или, иначе говоря, выпадение серии случайных чисел, может случиться в любой момент. А компьютер настроен на агрессивную результативность. Располагающий временем индивидуум может рассчитывать на кое-какой результат. Но, беря ситуацию в целом и за весомый промежуток времени, компьютер выиграет всегда. Он просто обязан выиграть. Весь мир инвестиций, как в эпоху феодализма, будет поделен на баронства и графства, а крестьяне-инвесторы будут кучковаться вокруг компьютерных крепостей.

Меня немного обеспокоили картины будущего, нарисованные Ирвином-профессором. Я решил зайти в одну инвестиционную фирму. У нее, как мне было известно, один портфель ценных бумаг вел компьютер — о нем я и хотел поговорить со знакомым аналитиком.

— Все компьютерные портфели сначала показывают себя очень неплохо, — сказал аналитик — А потом они начинают давать сбои, как только люди выясняют, по какому принципу работает машина.

— А почему они начинают сбоить? Казалось бы, дела должны идти все лучше и лучше?

— В нашей фирме мы стали сопоставлять портфель, который ведут аналитики, с компьютерным портфелем. Ну а аналитики тоже ведь пользуются компьютером. Фундаментальные факторы, выборка информации и так далее.

— Но если компьютер пользуется тем же, что мешает ему вас побить?

— Потому что компьютеру нужны свежие данные, свежие мнения аналитиков, новая информация и так далее.

— И что же?

— У нас здесь работает двадцать один аналитик. Все они поставляют компьютеру свежую информацию. И каждый из них знает, что если компьютерный портфель будет неизменно показывать лучший результат, то двадцать один аналитик очень скоро окажется на улице.

— Ты хочешь сказать, что аналитики скрытно совершают диверсии против компьютера?!

— Это ты сказал, а не я. К тому же, диверсия слишком крепкое слово. Просто поверь мне: железка неизбежно проиграет. Большого отрыва не будет, но когда подведут окончательный итог, выяснится, что плоть и кровь все-таки побили проклятого монстра.

Глава 13

Но что означают эти цифры?

Вы уже успели убедиться, что вокруг Уолл-стрит обращается огромное количество цифр, что Игра ведется с цифрами, что с помощью компьютеров все большее число людей может играть все с большим количеством цифр в количестве комбинаций, которое в древние докомпьютерные времена было просто немыслимым. Но что представляют собой эти базисные цифры? Это цифры из балансов компаний, которые дают информацию об объеме продаж и прибыли. А прибыль — в любой системе — фактор один из важнейших.

Что же такое прибыль?

Казалось бы, с ней проблем не должно возникать. Вы просто берете газету, а в ней «Шиш Консолидейтед» сообщает, что его чистая прибыль за только что закончившийся год составила $1 миллион, или по $1 на акцию. Когда «Шиш Консолидейтед» будет издавать свой годовой отчет, там тоже будет написано, что компания заработала $1 миллион, или по $1 на каждую акцию. Отчет будет подписан аудиторской фирмой, и в нем будет сказано, что данная фирма проверила бумаги компании «Шиш» и что «по нашему мнению, соответствующие балансовые отчеты и ведомости доходов и нераспределенной прибыли действительно отражают финансовое положение компании «Шиш». Наш анализ упомянутых ведомостей был проведен в соответствии с общепринятыми принципами бухгалтерского учета».