— Вот почему я выбрала работу с бизнесменами, — сказала Кэти. — Теперь, когда вы стали старше и мудрее, что вы чувствуете по отношению к людям, которые идут в первых рядах искателей фактов и исполнителей?

— Я их люблю. Теперь я знаю, что без них я бы не выжил.

— И я того же мнения. Мы должны ценить и уважать способности и таланты, которые каждый из нас использует на благо общего дела и всего мира. Для выживания любой команды ей необходимы люди с разным уровнем развития всех четырех способов действия. Вместо того чтобы навешивать друг на друга ярлыки и заниматься дискриминацией, нам нужно научиться дополнять свои способности и таланты достоинствами других членов команды. Готова спорить, что вам не нравилось, когда учителя называли детей с задатками исполнителей умными, а энтузиастов вроде вас — менее умными?

— Не нравилось? Да я сгореть был готов от стыда и унижения!

— И на что же вы направляли свой гнев?

— Я шел домой и все делал по-своему. Я хотел доказать, что не глупее других. Мне было ненавистно клеймо тупицы и неудачника. Я терпеть не мог, когда учителя говорили: “У Роберта такой большой потенциал, но он просто не старается. Ему нужно только взяться за ум и налечь на учебу”.

— И чем больше они старались наставить вас на путь истинный, тем больше укреплялось ваше стремление добиться успеха? Вы использовали свой гнев для достижения поставленной цели?

— В этом я, похоже, преуспел, — ответил я с самодовольной улыбкой. — Я написал бестселлер, а ребята, получавшие по английскому одни пятерки, ничем похожим похвастаться не могут. К тому же, я делаю больше денег, чем большинство бывших отличников.

Я чуть не принялся расхаживать перед Кэти, как павлин на заставке телекомпании “Эн-би-си”, распустив хвост и сверкая, великолепием красок. Я давал волю своему накопившемуся за долгие годы гневу.

— Значит, вы использовали свой гнев, чтобы сделать все по-своему? И вам удалось обрести свободу быть тем, кто вы есть? — спросила Кэти с легкой усмешкой.

— Да, удалось, — произнес я, чуть не лопаясь от гордости. — Я все сделал по-своему, добился того, к чему стремилcя, и живу такой жизнью, которая мне нравится. И мне не нужно искать работу, не нужно, чтобы кто-нибудь определял размер моей зарплаты, и не нужно сидеть в офисе.

— Поздравляю. Вы добились успеха. Вы преуспели в жизни, потому что получили свободу быть тем, кто вы есть.

Я откинулся в кресле и упивался ее похвалами, в то время как подавлявшееся годами чувство разочарования школой исчезало.

— Я никогда не рассматривал успех с такой точки зрения. То есть я хочу сказать, что не понимал, насколько своим успехом обязан гневу и разочарованию.

— Хорошо, — сказала Кэти. — А можете вы понять, что существуют другие люди, которые определяют успех не так, как вы? Можете вы понять, что кому-то вполне достаточно иметь простую машину и простой дом?

— Да, могу. Мои мама и папа были очень счастливы, получив эти вещи. Они добились успеха в том смысле, в каком его понимали. Я же знал, что мне с ними не по пути. Короче говоря, я прекрасно понимаю, что в жизни каждый действительно “плывет, как ему удобнее”.

— А теперь, когда вы стали старше и мудрее, стали вы больше ценить людей другого типа? Я имею в виду отношение к вашим работникам, относящимся к категориям исполнителей и искателей фактов?

— Теперь еще больше, чем когда-либо. Я люблю этих людей. Без них я никогда не сделал бы того, что сделал. Без них я не смог бы добиться успеха.

Кэти улыбнулась.

— Рада это слышать.

Она немного помолчала, собираясь с мыслями, а затем осторожно спросила:

— А смогли бы вы теперь наладить отношения со школьными учителями, даже с теми, которые занижали вам оценки или с которыми вы спорили?

— Не знаю, смог ли бы я зайти так далеко, — ответил я, не раздумывая.

— Но вы ведь знаете, что винить в том, что случилось с вами, следует систему образования, а не учителей? — продолжала допытываться Кэти.

Я кивнул.

— Да, знаю, но ничего не могу с собой поделать. Я понимаю, что они делали все что могли, располагая тем, что имели.

— Тогда я назову вам причину вашего гнева. По-моему, больше всего вас выводило из себя то, что система пыталась подавить ваш талант и принудить проявить ваши способности в той области, которая вас совсем не интересовала.

— Вы имеете в виду мой талант энтузиаста? Мою повышенную активность?

— Да, и его тоже. Но я имела в виду главным образом ваш талант, скрытый в колонке искатель фактов.

— Искатель фактов? — не смог скрыть удивления я. — Но ведь там у меня самые слабые показатели. Как у меня может быть талант искателя фактов?

— У вас есть скрытые таланты всех видов, даже искателя фактов, — сказала Кэти, показав еще на одну страницу своей брошюры.

Показывая на слово упрощение в графе “Искатель фактов”, она сказала:

— Вот это ваш талант в категории искатель фактов. Ваш талант в способности воспринимать факты и упрощать их. Мне кажется, что причина огромного успеха ваших книг в том, что вы берете сложную тему, такую как деньги, и максимально ее упрощаете.

Начиная понимать, что к чему, я сказал:

— Таким был мой богатый папа. Он любил, чтобы все было просто.

Затем Кэти показала на слово подтверждение в той же графе.

— А это наверняка талант вашего умного папы. Обладая природным талантом охотника за фактами и цифрами, он стал блестящим учеником и добился видного положения в академических кругах. Готова спорить, что возможность собирать данные, уточнять нюансы и определять задачи вызывала у вашего умного папы прилив сил и энергии. Отсюда следует, что его талант искателя фактов был совсем иного рода, чем ваш, и это объясняет, почему он успевал в школе, а вы нет.

— Значит, у всех нас есть таланты во всех четырех графах, — тихо повторил я, все глубже вникая в смысл ее концепции.

Кэти кивнула.

— Я выделила двенадцать разных типов талантов. У каждого из нас есть четыре разных таланта, по одному в каждой графе.

— Двенадцать разных типов талантов… у каждого по четыре. Вот почему лучше всего работать в команде, где каждый имеет собственную точку зрения на способ решения проблем. И это доказали ваши исследования?

Кэти снова кивнула.

— Чем лучше вы разбираетесь в этих таблицах, тем точнее можете определить, кто вы и кто те люди, что вас окружают. Лучшее понимание друг друга способствует развитию уважения к различиям между нами, достижению гармонии в совместной работе и жизни. Работая командой, мы можем решать любые проблемы гораздо эффективнее, чем в одиночку. Вот почему мне нравится работать над повышением эффективности самых разных типов команд. Учитесь видеть удачу в различиях между людьми — как на работе, так и дома.

— Так вот в чем ваше призвание и талант. Вы стремитесь развивать в людях уважение к талантам и способностям тех, кто работает рядом с ними. А в чем ваши сильные стороны?

— Энтузиазм и исполнительность. Вот почему я занимаюсь анализом таблиц и диаграмм. Прежде чем я почувствовала удовлетворение от эффективности моей системы, мне пришлось разложить по полочкам весь репертуар моделей человеческого поведения. Затем пришла очередь проявить себя искателям фактов из моей команды. Я высоко ценю их способности, которые дополняют мой талант к упрощению. Так же как и вы, я стараюсь добиться практических результатов. Но, в отличие от вас, я закладываю исходные данные в программу, алгоритмы которой выдают конечный результат в виде таблиц и диаграмм. Наибольшее удовольствие доставляет мне возможность использовать мои врожденные творческие способности, чтобы помочь людям в достижении успеха в работе и личной жизни. Но одна я никогда бы этого не осилила. Для построения успешного бизнеса в условиях жестокой конкуренции нужны объединенные усилия всех двенадцати талантов. Просто не могу себе представить, как в наше время может добиться успеха лидер с диктаторскими замашками. У него, в лучшем случае, может быть всего четыре таланта. Поэтому я работаю не только над повышением эффективности людей и команд, но и над упрочением чувства собственного достоинства у каждого члена команды. В команде важен каждый человек.