Глава 23

Пересадка в Риге по пути домой

Мистер Томпкинс спал. Эта ночь должна была стать его последней ночевкой в Моровии. Прощальная вечеринка продолжалась необычайно долго, причем присутствовали на ней, казалось, все сотрудники Айдриволи. Учитывая количество еды, напитков и особенно тостов, можно было справедливо предположить, что мистер Томпкинс был несколько навеселе. Может быть, именно поэтому ему приснился такой странный сон. Он увидел столб дыма, в центре которого сиял яркий свет. Кроме того, в центре столба находилась огромная голова. Ни рук, ни тела не было — только пухлощекая голова в белом тюрбане. Черты лица ожили, и глубокий рокочущий голос произнес:

— Я — Йордини!

— Йордини?! — поразился мистер Томпкинс. — Тот самый Йордини?

— Тот самый, — величественно кивнула голова.

— Предсказатель?

— Футуролог! — последовал возмущенный ответ.

— Именно это я и имел в виду.

— Великий Йордини!

— О!

— Тебе повезло, Томпкинс. Тебе дан шанс узнать будущее.

— Ух ты!

— Можешь задавать вопросы, а я буду отвечать. Будущее для меня так же ясно, как для вас, людей, — прошлое.

Мистер Томпкинс стал лихорадочно соображать, о чем бы спросить в первую очередь. Он оставлял за собой так много неоконченных дел…

— Скажи, — наконец выбрал он, — что случится с новой системой для аэропорта? Получится у Гулливера Менендеса успеть сдать ее в срок, к летним Играм?

Йордини закрыл глаза. Из воздуха соткалась гигантская рука и задумчиво почесала подбородок.

— Получится, — пришел ответ. — Конечно, в ней будут дефекты, да и организационных проблем им тоже не миновать, по проект будет сдан в срок. Будут неувязки со временем прилетов и вылетов, но никаких аварий.

— Что ж, это замечательный результат. А что будет с Белиндой Биндой? Она сможет продолжить работу?

Йордини опять закрыл глаза и сосредоточился.

— Да, — наконец ответил он. — В некотором роде.

— Что значит «в некотором роде»?

— Она снова будет увлеченно работать, но уже в другой области. И эта работа не будет столь уважаемой, как предыдущая.

— Боже мой. Чем же она займется?

— Она станет сенатором от штата Калифорния.

— О, ну это не так уж плохо. И очень хорошо для всех остальных.

— Хочешь узнать что-нибудь еще?

— Да. Что будет делать Аллэр Бэллок?

— О, его жизнь полна неожиданных поворотов. Он будет ревизором, банкиром, столпом индустрии и, наконец, специальным советником в Белом доме.

— А потом?

— Потом окажется в федеральной тюрьме в Дэнбери.

— Я так и думал.

— А после этого он ударится в религию и будет вести собственное ток-шоу.

— Можно было догадаться.

— Еще что-нибудь?

Голова начала медленно подниматься, столб дыма потемнел и стал вращаться все быстрее и быстрее.

— Погоди, погоди! А что случится со всей американской индустрией производства программного обеспечения? Неужели вся работа перейдет в третьи страны, как боятся некоторые?

Голова уже почти исчезла в клубах дыма. Последний сполох, и далекий голос произнес:

— Читай мою книгу на эту тему!

Записная книжка мистера Томпкинса, свидетель и хранитель всех его необыкновенных приключений, открытий и знакомств, лежала открытой на сто второй странице. Страница была пуста. Ему хотелось, чтобы последняя запись стала чем-то особенным, суммировала бы весь его новый опыт и полученные знания. Однако окончательные выводы все никак не могли оформиться в его голове. Может быть, такой суммарной записью была вся его записная книжка целиком? Он пролистнул одну страницу назад и посмотрел, что он записал до этого. Там было написано то, что он понял уже довольно давно, но все никак не удосуживался зафиксировать.

Из записной книжки мистера Томпкинса

Основы здравого смысла

1. У проекта должно быть два срока сдачи — запланированный и желаемый.

2. Эти сроки должны быть разными.

Раздался стук в дверь, и на пороге показалась миссис Бирцих.

— Вебстер, у вас найдется немного времени? К вам журналист — хочет взять интервью.

— Конечно, — весело согласился мистер Томпкинс. — Почему бы и нет?

Вопреки ожиданиям, вошедший журналист оказался хорошим знакомым. Это был Алонсо Давичи, один из команды руководителей, которых рекомендовал Гэбриел Марков.

— Алонсо! Вот так сюрприз, — мистер Томпкинс радостно пожал протянутую руку. Алонсо был высоким здоровяком с длинными усами, как у моржа, и веселым озорным взглядом. — Ты сменил профессию? Работаешь журналистом?

— Меня повысили! Вы, наверное, еще не в курсе. Я устроился работать в институт, и они назначили меня главным редактором только что созданного журнала. Он будет называться «Программирование в Айдриволи».

— О! Об этом я слышал. Ну что ж, прими мои поздравления.

— Спасибо. Я решил, что в первом выпуске мы обязательно должны опубликовать интервью с вами. Расскажите, пожалуйста, о том опыте, который вы приобрели в Моровии.

— Почему бы и нет? Я буду очень рад. Давай, задавай вопросы.

— Может быть, расскажете о том, что вы поняли на пути к сегодняшнему успеху. Я имею в виду, кое-что вам пришлось изобретать прямо по ходу проекта. Что именно?

— Наверное, читателям будет интереснее узнать о тех ошибках, которые я совершал, и как я преодолевал последствия этих ошибок.

— Я думал, это будет вторым вопросом, — признался Алонсо.

— Итак, что же я делал правильно, а что — неправильно, и какие выводы из этого сделал… — задумчиво проговорил мистер Томпкинс. — Забавно, что ты об этом спрашиваешь. Этот же вопрос я задавал себе с первого дня появления в Моровии. И знаешь, почти каждый день я записывал свои выводы и наблюдения в записную книжку.

Алонсо удивленно поднял брови:

— Я, конечно, недавно стал журналистом, но я никогда не слышал, чтобы интервьюируемый не только знал наперед все вопросы, но и подготовил письменные ответы! Вы ведь разрешите мне скопировать ваши записи?

Мистер Томпкинс взглянул на лежащую перед ним открытую записную книжку.

— Конечно, Алонсо. И даже более того — я подарю тебе сам оригинал. Мне кажется, это будет лучше всего.

Алонсо взял книжечку и начал благоговейно перелистывать ее:

— Боже мой, ведь это именно то, что мы хотели узнать! Я думаю, тысячи руководителей годами мечтали узнать то, что вы здесь изложили. И как много здесь записей?

— Сто одна, — ответил мистер Томпкинс.

— И вы хотите мне это отдать? Давайте я сделаю себе копию, а оригинал верну вам?

— Не надо, — покачал головой мистер Томпкинс. — Мне кажется, мои записи принесут пользу вашим читателям. А мне они уже не нужны. Даже не представляю, что буду их перечитывать, ведь я все это испытал на своей собственной шкуре.

Оставалось еще одно неотложное дело, хотя, похоже, его придется оставить неоконченным. Он так и не видел Лаксу после вчерашней вечеринки. Он искал ее в офисе, звонил, но все безуспешно. Значит, обсуждения вопросов совместного будущего, на которое он надеялся, не состоится. Более того, похоже, не состоится даже прощание.

Он уныло уселся в кресло самолета. Сардинка уже спал на соседнем сидении. Ему дали снотворное, чтобы он не просыпался до самого дома. Мистер Томпкинс уже натягивал на себя плед, когда в салон вошла стюардесса.

— Добрый день, мистер Томпкинс! Отдыхайте, расслабляйтесь. Следующая остановка…

— Бостон, — закончил за нее мистер Томпкинс.

— Э, нет. Бостон будет потом.

— А где же мы собираемся еще останавливаться?

— В Риге. Это немного не по дороге, но, видите ли, еще не все страны допускают нас в свое воздушное пространство.

— Ничего, это скоро изменится. Буквально летом 2000 года. Как раз в это время у Моровии появится первоклассная система для управления воздушными перелетами.