Поскольку вполне надежных документальных свидетельств у историков нет, принято считать, что гомосексуальные отношения Гувера и Толсона ничем не доказаны. Достоверно известно лишь то, что Дж. Эдгар Гувер всегда очень тщательно, даже щегольски одевался, но при этом фактически не интересовался женщинами. По свидетельству окружавших его людей, начиная с юных лет, еще со школьного возраста, за Гувером вообще не замечали каких-либо романтических свиданий с представительницами противоположного пола. В более же зрелом возрасте он украшал сад и интерьеры своего дома статуями обнаженных юношей. До 43 лет Гувер жил вместе с матерью, а после ее смерти – один, причем горничной было категорически запрещено по утрам входить в его спальню, поскольку, де, «хозяин спит голый». Есть еще, правда, многочисленные намеки на компрометирующие фотографии из нетрадиционной половой жизни Гувера, которыми его шантажировали разведслужбы и мафия. А также устное свидетельство жены психиатра Гувера, которому, будто бы, шеф ФБР в одной из доверительных бесед признавался в своей гомосексуальности. Ну и, наконец, знаменитая первичная реакция президента Ричарда Никсона на известие о смерти Гувера: «Господи Иисусе, этот старый хреносос!». Предполагается, что Никсон входил в круг достаточно близких Гуверу людей и кое-что знал об интимной жизни старого холостяка.

Однако строго говоря, все это весьма косвенные, ничего не доказывающие свидетельства. Да и кому какое дело, в нынешние-то либеральные и весьма терпимые времена, были там отношения интимно-сексуальные или исключительно платонические? Мало ли в истории известно прочных союзов, долгие годы объединявших гомосексуальные пары – от романистки Мэри Рено и Джули Маллард (50 лет) или писательницы Гертруды Стайн и Элис Токлас (34 года) до гения Возрождения Леонардо да Винчи и его ученика Джакомо Карпотти (30 лет). Список этот при желании можно сделать очень длинным, и ничего особенного не произойдет, если к нему добавится еще одна пара «тихих голубых» с 44-летним стажем (1928—1972) – Эдгар Гувер и Клайд Толсон (или, как их за глаза называли в ФБР, «Дж. Эдна и мама Толсон»).

Беда лишь в том, что Гувер не был «тихим голубым». Он всегда выставлял себя человеком высочайшей религиозности, добропорядочности и нравственности, приходя в дикую ярость, едва хоть кто-то намекал на его гомосексуальность. Стоило в 30-е годы репортеру Рэю Такеру позволить себе в самых обтекаемых выражениях затронуть в журнале Collier голубизну шефа ФБР, в Бюро тут же завели на Такера дело. Когда собрали компромат, то пустили в прессу такие подробности о не слишком безупречной жизни неосторожного журналиста, что далее последовал полный крах его карьеры. Остальные деятели прессы вполне поняли предупреждение и впредь крайне опасались хоть каким-то боком зацепить эту сторону жизни Гувера Всемогущего.

Обостренный интерес главы ФБР к чужой постельной жизни, нетрадиционной сексуальной ориентации людей и вообще к орально-генитальной тематике, глубоко запечатлен в секретных файлах Гувера. В этом тайном архиве десятилетиями наравне с фактами накапливались также и слухи, кляузы или домыслы, способные скомпрометировать кого угодно. Этим материалам либо давался ход, как было с компрометацией Эдлая Стивенсона, либерального губернатора Иллинойса и претендента на президентский пост, о ком Гувер запустил ничем не подтвержденный слух, будто Стивенсон – гей. Либо данные интенсивно накапливались для удобного случая, как это было с интенсивной слежкой за товарками первой леди государства Элеоноры Рузвельт, которая весьма не симпатизировала Гуверу, а тот в ответ набирал компромат, пытаясь уличить ее в лесбийских связях.

Впрочем, по оценкам самого Гувера, полномочий его ведомства в контроле за личной и интимной жизнью граждан было все же маловато. Вот одно из его знаменитых высказываний: «Должен с сожалением сказать, что мы в ФБР бессильны действовать в случаях орально-генитальных сношений людей, за исключением, правда, тех случаев, когда они каким-то образом начинают мешать международной торговле».

Большие маневры: Microsoft – Пентагон

Год 1998-й был одним из наиболее драматичных в многолетних отношениях другой, совершенно иного рода, пары – софтверной корпорации-гиганта Microsoft и Министерства обороны США. Этот союз, казалось бы, ну ни с какого, даже самого глумливого, боку нельзя называть «гомосексуальным», поскольку природа партнеров абсолютна различна. Главное предназначение Пентагона, сама его суть, – это обеспечение безопасности американского государства военными средствами. A Microsoft – это, как ни крути, самый большой и известный на данной планете изготовитель программного обеспечения, главная цель (и залог успеха) которого – сделать свои продукты максимально дружественными и легкими в употреблении. Уделяя, конечно, вопросам компьютерной безопасности определенное внимание, но не ставя их в ущерб бизнесу. И хотя американская софтверная индустрия в достатке имеет намного более защищенные программы других разработчиков, возлюбил-таки Пентагон горячей постыдной любовью именно Microsoft, на весь свет знаменитую бессчетным количеством дыр в защите своего ПО. Особо эта противоестественная связь не скрывается, да и как ее спрячешь, однако наиболее срамные эпизоды партнеры все же стараются хоть как-то прикрыть.

Нет человека – нет проблемы

Итак, год 1998-й. Некто Эд Карри, глава небольшой техасской фирмы Lone Star Evaluation Labs, специализирующейся на компьютерной безопасности, развернул весьма активную кампанию против корпорации Microsoft, по заказу которой прежде работал. Несмотря на несопоставимое, просто-таки комичное различие в соотношении противостоящих сил, обвинения Карри были услышаны и подхвачены прессой, благо повод выглядел достаточно серьезным. Суть обвинений сводилась к тому, что Министерство обороны и другие правительственные ведомства США нарушают свои же собственные правила, широко применяя крайне небезопасную операционную систему Windows NT. В Пентагоне на этот счет предпочли отмалчиваться, а в Microsoft попытались все свести к личным обидам Карри на бывшего работодателя.

Проблема же, вокруг которой разгорелся конфликт, – это сертификация NT на соответствие уровню С2. Ныне эта классификация уже устарела, а прежде уровень С2 был одним из базовых уровней безопасности компьютерных систем, присваиваемых при соответствии ряду надлежащих критериев, определенных в «Оранжевой книге» Агентства национальной безопасности США. Серьезные правительственные ведомства, такие как Пентагон, могли устанавливать у себя компьютерное обеспечение лишь при наличии у того сертификата не ниже С2.

Поскольку Эд Карри был серьезным экспертом по компьютерной безопасности, в прошлом военным человеком и специалистом, аттестованным АНБ, в 1994 г. Microsoft выбрала именно его для помощи компании в получении сертификата С2 на Windows NT 3.5. В ходе этих работ Карри разработал специальные диагностические средства и по просьбе Microsoft создал тестовую программу RAMP для оценки уровня соответствия критериям С2. [NP98].

Вот тут-то и разгорелся конфликт, деликатные подробности которого так и остались тайной. Ясно лишь то, что тестовые средства эксперта упорно находили в NT массу трудноустранимых слабостей. Как результат, в 1995 году Microsoft разорвала контракт с Карри по причинам, «которые адвокаты компании рекомендовали не разглашать». В 1997 году Microsoft подрядила корпорацию Science Applications International (SAIC, с этой любопытной фирмой мы еще не раз встретимся далее) для продолжения работ по сертификации NT на С2. На одну из версий системы, уже к тому времени устаревшую 3.5, сертификат был-таки получен, а массовые закупки последующих, более современных версий NT (3.51, 4.0 и т. д.) обосновывались «скорым получением» соответствующего сертификата.

Ну а Эд Карри после потери контракта оказался фактически разорен, поскольку все средства вкладывал в разработку RAMP и ставшее никому ненужным тестирование. Тогда Карри и развернул кампанию, чтобы предупредить госадминистрацию и общественность в целом о «приобретении правительством миллионов копий несертифицированных версий Windows NT, которые не удовлетворяют критериям уровня С2 Министерства обороны и других агентств». К осени 1998 года он даже сумел добраться до высшего руководства Пентагона, написав лично министру обороны Уильяму Коэну. В этом письме говорилось, что его контракт по сертификации С2 был разорван Microsoft по той причине, что Карри отказался покрывать факты нарушения компанией базовых рекомендаций «Оранжевой книги»: «Microsoft умышленно скрывает информацию о дырах в защите, опасаясь, что признание таких недочетов сократит количество копий, заказываемых правительством… Я поднимал эти вопросы на внутренних обсуждениях в Microsoft, а в результате стал объектом угроз и попыток подкупа» [MF98].