В качестве слабого, но зато реализуемого на практике аналога тотального обыска выступают ныне телекамеры наблюдения, которые власти пытаются устанавливать во всех мыслимых публичных местах. Разумеется, далеко не всем это по нраву. В июне 2002 года городской совет Вашингтона обсуждал план создания интегрированной сети телекамер наблюдения, объединяющей камеры полиции, метрополитена и школ. В ходе этого обсуждения правозащитная организация ACLU (активно выступающая против данной технологии) напомнила, что в Лондоне для борьбы с терроризмом с начала 1990-х годов установлено более 150 тыс. телекамер, однако за десяток лет эксплуатации не отмечено ни единого случая поимки с их помощью хоть какого-нибудь завалящего террориста. (Впоследствии, правда, ACLU все же пришлось поправиться, поскольку однажды, в 1993 году после взрыва в универмаге Harrods анализ видеозаписи привел к нескольким арестам.)

Великобританию, очевидно, следует считать страной с наибольшим опытом использования телекамер наблюдения. Хотя бы потому, что в 2002 году из 25 миллионов таких камер, в общей сложности установленных по всему миру, 10% (2,5 млн) приходилось на Соединенное королевство. Причем закупки осуществляются в таком темпе, что еще через пять лет, в 2007 году аналитики предсказывают 10-кратное увеличение уже имеющегося количества. Другими словами, уже на одну Британию будет приходиться камер столько, сколько совсем недавно их было на весь мир.

В настоящее время, согласно статистике, средний британский гражданин попадает в поле зрения камер наблюдения свыше 300 раз в день – на оживленных улицах, в магазинах, на перронах железных дорог и подземки, в аэропортах и административных зданиях. Появление недорогих и функционально более гибких цифровых камер на смену аналоговым называют главной причиной резкого роста новых точек постоянного наблюдения. Помимо всего прочего, множество цифровых камер можно сводить в единую сеть и вести удаленное наблюдение через Интернет (технические особенности аналоговых телекамер допускали передачу лишь по выделенным линиям на расстояние не более 170 километров).

Изготовители новых систем наблюдения уже предвкушают грандиозные прибыли от своего бизнеса, поскольку вместе с приходом Интернета в каждый дом им уже видится картина, когда телекамеры слежения в изобилии появятся не только абсолютно во всех общественных местах, но и чуть ли не в каждой комнате частных жилищ. Какой из заботливых родителей, спрашивают они, откажет себе в недорогом удобстве проследить за тем, чем занята няня, вызванная посидеть с маленьким ребенком? Или просто заглянуть с работы в детскую, когда ребенок подрастет? Или, наконец, окинуть взглядом оставленную квартиру, находясь с семьей где-нибудь в отпускной поездке?

Насколько очевидны ответы на подобные вопросы, каждому человеку еще предстоит разобраться самостоятельно. Для общества же в настоящее время гораздо более насущным является другой вопрос. Действительно ли, как заверяет правительство, повсеместно устанавливаемые на улицах и в общественных местах телекамеры наблюдения сокращают преступность? По убеждению английской полиции, в этом не может быть никаких сомнений. Логика аргументов правоохранительных органов очень проста – ни один нормальный преступник не станет заниматься уличным грабежом или торговать наркотиками под пристальным взором телекамер.

Но с подобными доводами соглашаются далеко не все специалисты по преступности. Например, всеобъемлющее исследование влияния камер наблюдения, проведенное недавно аналитиками в Глазго, продемонстрировало, что на самом деле телекамеры не сокращают количество преступлений и не являются мерой, способной их предотвращать. В этом же исследовании делается вывод, что простое улучшение освещения оказывается более эффективным и менее дорогостоящим способом сокращения преступлений в общественных местах. В чем же реально телекамеры оказываются полезны, так это в ускорении сроков прибытия нарядов полиции к местам беспорядков, следствием чего становится сокращение тяжелых травм при массовых драках [JW02][ССОЗ].

Одна из интересных идей, сама собою рождающихся на фоне тотального распространения шпионских телекамер слежки, – что все это, кто знает, может оказаться и благом, ведущим в перспективе к более прозрачному и открытому обществу людей, которым нечего скрывать. Но ключевым условием этого должны непременно стать общедоступные мониторы слежения за кабинетами менеджеров и директоров крупных корпораций, за офисами руководителей правительственных и прочих государственных учреждений. Например, во Франции публичные веб-камеры установлены на ядерных электростанциях, чтобы у граждан всегда была возможность убедиться – там все в порядке и под контролем.

Но в целом, конечно же, до столь радикального переворачивания идеи Большого Брата, постоянно находящегося начеку, ни одно общество, даже самое демократическое, пока еще не дозрело. Впрочем, определенные сдвиги в этом направлении обозначились вполне отчетливо.

Глава 10. Альтернативы есть всегда

Страницы жизни героя, 1965—2003.Все тайное вырождается

В ноябре 2003 года Комитет по правительственной реформе Конгресса США опубликовал большой и очень сердитый отчет[CR03] о проведенном здесь расследовании одного из эпизодов в деятельности ФБР, уходящего корнями в начало 1960-х годов. Этот документ, озаглавленный «Все секретное вырождается. Об использовании убийц в качестве информаторов Федерального бюро расследований», не только в подробностях раскрывает тщательно скрываемую практику вербовки органами правопорядка профессиональных бандитов-киллеров в качестве своих «помощников», но и остро критикует администрацию Буша за препятствование ходу парламентского расследования [GJ01].

В отчете Комитета показано, как из-за неразборчивости ФБР в выборе своих информаторов-киллеров происходит так, что другие люди проводят всю оставшуюся жизнь или преждевременно умирают в тюрьме за преступления, которых они не совершали. Кроме того, несколько человек были убиты лишь за то, что приходили в правительственные органы с информацией о преступлениях осведомителей ФБР. При этом правительственные служащие разлагались коррупцией настолько, что сами становились непосредственными соучастниками преступлений.

На протяжении всей работы парламентского следствия сотрудники комитета постоянно сталкивались с активным нежеланием министерства юстиции отчитываться о содеянном перед органом законодательной власти. Кроме того, расследование Комитета было искусственно задержано на многие месяцы из-за попыток президента Буша воспользоваться привилегией главы исполнительной власти и не допустить выдачи целого пакета ключевых в этом деле документов. В конечном счете конгрессмены все же получили те материалы, в которых нуждались, а попытки президента назвали «прискорбными и излишними». При этом, судя по комментариям, для некоторых законодателей так и осталось, похоже, невдомек, с какой это стати президент-республиканец столь отчаянно пытается оградить от огласки деяния администрации демократов почти 40-летней давности.

Вся эта история закручена вокруг противостояния двух наиболее влиятельных групп мафии города Бостона («итальянской» и «ирландской»), в разборках которых активное участие принимало и ФБР. Вскрытые нынешним расследованием документы свидетельствуют, что Эдгар Гувер лично контролировал ход событий, приведших к фактической ликвидации в середине 1960-х гг. одной из бостонских мафиозных групп (клана Патриарка) и к закреплению на главных позициях местного преступного мира банды Winter Hill, некоторые члены и даже главари которой были тайными осведомителями ФБР. В результате этого сговора ФБР не только многие годы закрывало глаза на преступления «своей» мафии, но и занималось сокрытием улик о многочисленных убийствах ради того, чтобы выгородить киллеров-информаторов [JE02].