— принятие конкретных мер по предотвращению мошенничеств, а также установлению ограничений на действия клиентов ДБО;

— определение возможностей обнаружения программ-шпионов, программ-вирусов и другого вредоносного программного обеспечения;

— принятие конкретных мер по обеспечению доступности, функциональности и информационной безопасности ДБО;

— сопоставление номеров телефонов, с которых к клиентам обращаются якобы сотрудники банка или Банка России;

— информирование правоохранительных органов о подозрительных номерах телефонов, с которых клиентам звонят злоумышленники;

— информирование клиентов ДБО о системах провайдеров и их функциях (как минимум связанных с передачей чувствительных данных);

— угрозах, связанных со «странными» телефонными звонками, сообщениями о поступлении MMS, интернет-сообщениями неясного происхождения.

Тем не менее каждое из подобных мероприятий прямо связано с обеспечением гарантий выполнения кредитными организациями обязательств перед своими клиентами и защитой их интересов. Некоторое содействие в плане сохранения СИ в связи с принятием Федерального закона от 27.06.2011 № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» могут оказать отдельные выпущенные «под него» подзаконные акты Банка России, например, Положение от 09.06.2012 № 382-П «О требованиях к обеспечению защиты информации при осуществлении переводов денежных средств и о порядке осуществления Банком России контроля за соблюдением требований к обеспечению защиты информации при осуществлении переводов денежных средств». Однако указанный закон, к сожалению, тоже страдает неполнотой с точки зрения защиты интересов клиентов кредитных организаций, в частности клиентов ДБО.

К претензионной работе имеют отношение многие современные негативные явления, связанные с прямыми и косвенными атаками на клиентов ДБО кредитных организаций, о чем, вообще говоря, целесообразно было бы ставить в известность таких клиентов. Например, в Письме Банка России от 25.06.2009 № 76-Т «О рекомендациях по информированию клиентов о размещении на веб-сайте Банка России списка адресов веб-сайтов кредитных организаций» сообщалось о «появлении в российском сегменте сети Интернет веб-сайтов, имитирующих интернет-представительства ряда российских кредитных организаций. Доменные имена и стиль оформления таких сайтов, как правило, сходны с именами подлинных веб-сайтов банков, а содержание прямо указывает на их якобы принадлежность соответствующим кредитным организациям. При этом посетителям таких веб-сайтов сообщаются заведомо ложные банковские реквизиты и контактная информация. Использование подобных реквизитов, а также вступление в какие-либо деловые отношения с лицами, фактически представляющими “ложные” банки, связано с риском и может привести к нежелательным последствиям для клиентов кредитных организаций». В связи с этим «в целях противодействия распространению подобных негативных явлений Банк России, начиная с 11.06.2009, приступил к регулярному размещению на своем веб-сайте… списка адресов (доменных имен) официальных веб-сайтов кредитных организаций».

Одновременно отмечалось, что «Банк России считает целесообразным рекомендовать кредитным организациям предупреждать клиентов о распространении в сети Интернет недостоверной информации об интернет-ресурсах кредитных организаций, а также информировать их о размещении списка адресов официальных веб-сайтов кредитных организаций на веб-сайте Банка России. Кредитным организациям рекомендуется подготовить и распространить среди клиентов памятку, содержащую исчерпывающую контактную информацию, рекомендации по безопасному использованию банковских интернет-технологий, а также предложения клиентам информировать кредитную организацию о самостоятельно выявленных ложных веб-сайтах банка или о полученных сведениях подобного рода по электронной почте или иным способом. При наличии в распоряжении кредитной организации сведений об установленных ложных веб-сайтах, списки их адресов также целесообразно доводить до клиентов, в том числе путем публикации на официальных интернет-представительствах кредитной организации».

К сожалению, из-за недостатков действующего законодательства Банк России не имеет возможности полноценного регулирования всех процедур организации, управления и контроля ДБО, а также обеспечения его надежности (в широком смысле), вследствие чего кредитные организации вынуждены решать многие из таких вопросов самостоятельно, почему в упоминавшемся Письме Банка России 36-Т [95] и содержится достаточно обширный 5-й раздел, где описываются информационные компоненты, которые целесообразно использовать руководству этих организаций при принятии бизнес-решений в области ДБО. Указанные там информационные компоненты охватывают широкий круг вопросов от управления банковскими рисками в связи с применением ТЭБ и технического обеспечения ДБО до сведений о негативных ситуациях, имевших место при использовании СЭБ (по пяти направлениям информирования). Поэтому 5-й раздел Письма Банка России 36-Т уместно использовать в качестве информационной основы для принятия указанных решений.

Наиболее современный подход к аналитической работе в кредитных организациях связывается с применением технологий так называемых систем поддержки принятия решений (СППР), в которых по существу реализуются элементы так называемого искусственного интеллекта. Это направление идеологически и алгоритмически сходно с другим его направлением — «экспертными системами», давно используемыми в банковских секторах западных стран в аналитических целях (как центральными банками, так и банковским сообществом). Экспертные системы применяются в аналитических целях для поиска решений, требующих комплексного когнитивного анализа информации (например, об уровнях банковских рисков, в целях комплайенс-контроля и др.). Такие системы позволяют использовать обширные информационные базы фактов, так называемые базы знаний и механизмы логического вывода, с помощью которых обеспечивается некий минимальный уровень экспертизы, который в условиях крупномасштабной и многогранной банковской деятельности обеспечить затруднительно в силу сложностей с аналитической обработкой огромных массивов данных, особенно разрозненных [96] . В качестве примеров можно привести функции любого колл-центра и службы поддержки клиентов крупной кредитной организации, формирование, сохранение и аналитическое применение так называемых паттернов (шаблонов, образов) действий клиентов и мошенников (благо для финансового сектора существует уже немало таких разработок, предлагаемых на различных форумах, в том числе банковских). Комплексный анализ такого рода имеет непосредственное отношение к исключению возможностей осуществления и предотвращению ППД, которая далеко не исключена при ДБО, и расследованию ее инцидентов.

СППР обычно комбинируются с хранилищами данных, то есть базы данных используются для принятия фундаментальных бизнес-решений, в том числе за счет так называемого глубокого комплексного анализа данных (что в зарубежной литературе определяется как data-mining). В таких случаях весьма важно, чтобы руководство кредитной организации могло полагаться на точность, полноту, целостность, конфиденциальность и актуальность этих систем, тем более что в условиях массового обслуживания и лавинообразного роста количества ордеров удаленных клиентов СППР (или сходная с ней экспертная система, обеспечивающая минимально необходимый уровень квалификации для принятия решений) может оказаться незаменимым вариантом информационно-аналитической работы персонала и руководства высокотехнологичного банка, в том числе в плане УНТ, управления и контроля функционирования СЭБ. Для полноценной работы СППР требуется полноценное сохранение сведений о поступающих в обработку ордерах клиентов, направляемых в банк в ходе сеансов ДБО, в течение каждого сеанса такого обслуживания каждого клиента с момента начала сеанса и до момента завершения (прерывания) сеанса ДБО. Одновременно необходимо отметить, что банкам целесообразно организовывать комплексный анализ самих ордеров клиентов, в котором используются и данные СИ, поскольку в случае использования многоканальных СЭБ, в особенности с децентрализованной (или распределенной) архитектурой, возможны ситуации пропуска противоправных (или сомнительных) действий клиентов через разные каналы доступа к информационно-процессинговым ресурсам банка, через разные филиалы, дополнительные офисы и т. п.