Хлебосольный гений самопиара

И в XI, и в XII веках, как и сейчас, политики старались говорить народу то, что он хотел бы услышать. Другое дело, что одни делают это хорошо, а другие – не очень. Мономах написал «Поучение» своим детям, когда те уже выдавали собственных дочерей замуж. Совершенно очевидно, что его интересовала вовсе не узкая аудитория ближайших родственников.

Вот квинтэссенция «Поучения»: «Если поедете куда по своим землям, не давайте слугам и дружинникам обижать народ ни в селах, ни на поле, чтоб вас потом не кляли. Куда пойдете, где станете, напойте, накормите бедняка; больше всего чтите гостя, откуда бы к вам ни пришел, добрый или простой человек, или посол; не можете одарить его, угостите хорошенько, напойте, накормите: гость по всем землям прославляет человека либо добрым, либо злым».

Вот как этот заботливый интерес к гостям потом отразился в былинах:

«Тут Владимир-князь стал молодца выспрашивать:

– Ты скажи-тко, ты откулешний, дородный добрый молодец? Тебя как-то, молодца, да именем зовут, величают, удалого, по отечеству?»

Мономах попал в русский героический эпос, стал персонажем былин. О таком PR любой руководитель может только мечтать! Удостоился этой высокой чести киевский великий князь в том числе и за то, что стал победителем над грозным половецким ханом Тугорканом («Тугарин Змеевич» былин). Даже у маршала Жукова нет такой славы!

Но если бы не умение организовывать свой пиар – и победа над Тугорканом в такой степени не прославила бы его имени. А так множество людей расходились по всей русской земле, славя щедрого, хлебосольного князя.

ТАТИЩЕВ Василий Никитич (1686–1750) – уникальный человек: при дворе с 7 лет, выполнял специальные поручения Петра I, участник Полтавской битвы, организатор промышленности на Урале (с его именем связано основание Екатеринбурга и Перми), дипломат и разведчик (резидент в Германии и Швеции), глава Монетной конторы, занимавшейся чеканкой золотых денег, губернатор. Закончил жизнь ссылкой в своем подмосковном селе. В болдинской ссылке (к пушкинскому Болдино его село отношения не имеет) ему удалось в значительной степени завершить свою «Историю Российскую»

ЖУКОВ Георгий Константинович (1896–1974). У каждого времени свои легенды. Всякий школьник читал в учебнике о том, как Дмитрий Донской получил благословение Сергия Радонежского перед Куликовской битвой. Но не каждый знает, что, по легенде, Жуков тоже получил божье благословение – от старца Оптиной пустыни. «Нектарий, имевший от Бога дар прозорливости, увидел особый Промысл Божий над Георгием Жуковым, тогда молодым еще человеком (было это примерно в 1925 году)». Есть даже картина на этот сюжет: молодой Жуков и старец. Она экспонируется в Музее Г. К. Жукова в городке Жуков Калужской области

Мономах. Царь

Через сто лет после Мономаха, накануне татаро-монгольского нашествия, появилось «Слово о погибели Русской земли», в котором Владимир впервые предстал идеальным правителем. Киевская Русь при нем – это огромное государство, границы которого простираются от Венгрии к Польше, от Польши к Литве, далее к прибалтийским землям Немецкого ордена, оттуда к Карелии и Ледовитому океану, оттуда к Волжской Болгарии, мордве и удмуртам. Великая держава!

После распада Руси на отдельные княжества и монголо-татарского нашествия, казалось, с величием покончено.

Но… «Россия никогда в действительности не бывает такой сильной, как кажется, и никогда не бывает такой слабой, как кажется». Эти слова приписываются Талейрану, Меттерниху и Черчиллю одновременно. А они толк в геополитике знали.

В конце XV века при великом князе Иване III Европа с удивлением обнаружила, что вновь соседствует с могущественным Московским государством. Иван III, сильно недооцененный школьным курсом истории и нами всеми [30] , любил «ворошить летописцы» в политических целях, и московские историки, следуя воле государя, связали с именем Мономаха легенду о царских регалиях, якобы полученных Владимиром от императора Византии. Мономах вдруг оказался самым востребованным персонажем отечественной истории!

Стоит напомнить, что мы пишем не историю России, а историю PR в нашей стране. Были регалии или их придумали – для нас в гораздо меньшей степени важно, чем оценка мудрого хода Ивана III.

Шли к этой идее не одно столетие. И София Киевская – шаг к пониманию Руси как естественной преемницы Византии.

Концепция «Москва – Третий Рим» служит России уже пять веков, она доказала свою супер-эффективность. Одна из первых PR-идеологем, предложенных нашими предками, оказалась стопроцентно жизнеспособной. Идеологическая конструкция подтверждалась практической политикой. Слова – делами.

То есть заявление Ивана Великого о том, что Москва берет на себя функции «Третьего Рима» и впоследствии «Второго Иерусалима», подтверждалось всей практикой государственной политики Московии, Российского Государства и Империи вплоть до начала XX века.

В общем, «верьте только делам», как гласил главный предвыборный лозунг «Отечества – Всей России» в 1999 году, на последних в современной России по-взрослому конфликтных выборах в Государственную Думу.

Легенды же о передаче византийских регалий России рассказывались еще в первую четверть XII века. Мономаха называли царем – цезарем! – еще при жизни.

Русское войско, по приказу киевского великого князя, опустошило Фракию, участвуя в византийских разборках. Император Византии Комнин, чтобы избавиться от этой войны, прислал с мирными предложениями к Мономаху особое посольство. Они поднесли киевскому князю богатые дары – крест из животворящего древа, чашу, принадлежавшую некогда самому императору Августу, золотые цепи, а главное – венец царский. Причем местный митрополит возложил этот венец на Владимира и назвал его царем [31] .

ИВАН III (1440–1505). Великий князь и государь всея Руси. Про него мы подробно расскажем позже, а здесь ограничимся цитатой – как ни странно, из Карла Маркса: «Изумленная Европа, которая в начале царствования Ивана III едва подозревала о существовании Московского государства, затиснутого между литовцами и татарами, вдруг была огорошена внезапным появлением колоссальной империи на ее восточных границах»

Так излагает одну из версий легенды Соловьев. Но такое добровольно-принудительное обретение царского титула, согласитесь, как-то не круто. По версии, утвердившейся у нас в XV–XVI веках, всех этих регалий русский Мономах-внук удостоился непосредственно от греческого Мономаха-деда. Просто потому, что дед хотел передать их достойному, а в Византии таковых не нашлось.

То, что византийский император умер, когда его внуку было всего два года, наших пропагандистов совершенно не смущало. Цепи есть? Вон висят. Шапка есть? Все видели. Все вместе «Константиновы дары» называется. Царь доволен? И не один! Вот Иван Грозный царским венцом, той самой шапкой на царство венчался… И чего вы еще от нас хотите?

Сын византийской принцессы Мономах, кстати, не особо отрывался от маминой семьи. Киевский князь отдал свою дочь за сына византийского императора. За другого византийского императора Владимир отдал свою внучку.

В Киеве, естественно, всячески подчеркивали то особое место, которое занимает Мономах среди прочих князей благодаря своим родственным связям с Византией. Деятели церкви, книжники, лояльная боярская аристократия использовали любую возможность, чтобы укрепить позиции любимого князя… И уже не важно, принадлежала ли чаша императору Августу! Она играла свою роль в имидже князя, в его «раскрутке». А это главное.